– Можете ли вы предположить мотивы убийств?

– Да какие, нах…ой, извините!… Какие мотивы! Псих – он и в Гренландии псих!

Борька и капитан Капустин пропали из эфира. Алексей вздохнул с облегчением, но тут из динамика вновь загремел срывающийся голос диктора:

– Милиция района предупреждает…

– Ох, как ты меня достал! – произнес Сапрыкин.

– …не сажайте в автомобиль незнакомых людей, особенно вне города!

Впереди, среди сухого ельника мелькнула серая фигура. Алексей поправил очки, вглядываясь в полутьму. Кроме шимпанзе и страусов, Сапрыкин не знал животных, которые бы бегали на двух ногах. Но эти в Сибири не водятся.

– … будьте осторожны, если увидите голосующего на дороге человека…

Человек перебрался через придорожную канаву, выскочил на грунтовку и, размахивая руками, бросился навстречу "Москвичу".

– …не останавливайтесь и проезжайте мимо…

Объехать было невозможно. Слишком узкая дорога. Леонид надавил на тормоз.

—…с ближайшего телефона сообщите о местонахождении голосующего в милицию!

Автомобиль остановился в нескольких сантиметрах от человека, тот буквально свалился на капот. Из-под спутанных волос сверкнули черные глаза.

– Его приметы…

Приемник внезапно заглох. Алексей хлопнул по нему ладонью. "Нерль" всхлипнул и вновь умолк.

– Вот, проклятье!

– До Забодруйска не подвезешь, командир? – хрипло крикнул человек и, не дожидаясь ответа, стал огибать правое крыло. Его грязный безразмерный свитер украшала целая россыпь репья и колючек.

– Ну так что, подвезешь? – Он уже открыл дверцу пассажира и заглянул в салон. – Отстал я… от геологической партии.

Алексей молча смотрел на его всклоченные волосы, заросшее лицо и прищуренные диковатые глаза.